Интеллектуально-художественный журнал 'Дикое поле. Донецкий проект' ДОНЕЦКИЙ ПРОЕКТ Не Украина и не Русь -
Боюсь, Донбасс, тебя - боюсь...

ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНО-ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ ЖУРНАЛ "ДИКОЕ ПОЛЕ. ДОНЕЦКИЙ ПРОЕКТ"

Поле духовных поисков и находок. Стихи и проза. Критика и метакритика. Обзоры и погружения. Рефлексии и медитации. Хроника. Архив. Галерея. Интер-контакты. Поэтическая рулетка. Приколы. Письма. Комментарии. Дневник филолога.

Сегодня суббота, 29 апреля, 2017 год

Жизнь прожить - не поле перейти
Главная | Добавить в избранное | Сделать стартовой | Статистика журнала

ПОЛЕ
Выпуски журнала
Литературный каталог
Заметки современника
Референдум
Библиотека
Поле

ПОИСКИ
Быстрый поиск

Расширенный поиск
Структура
Авторы
Герои
География
Поиски

НАХОДКИ
Авторы проекта
Кто рядом
Афиша
РЕКЛАМА


Яндекс цитирования



    ЗАМЕТКИ СОВРЕМЕННИКА

Александр Кораблев



Написать письмо автору

Персональная страница в интернете


2006-02-25 / Посещение: 7794 / Коментарии: 14
Постоянный адрес заметки
Распечатать страницу

МЕЖДУ КУЛЬТУРОЙ И ЦИВИЛИЗАЦИЕЙ

МЕЖДУ КУЛЬТУРОЙ И ЦИВИЛИЗАЦИЕЙ

Если попытаться охарактеризовать наше время стилистически, то его можно назвать временем невысоких слов. Умный человек испытывает неловкость, когда слышит слова «истина», «добро», «красота» и им подобные, сознавая их смысловую неадекватность и неуместную пафосность. Эта неловкость симптоматична, поскольку это как раз те понятия, которые, как бы они ни трактовались, выражают некие константы человеческого мышления, и как бы ни менялся мир, он, по крайней мере, за последние тысячелетия, изменился не настолько, чтобы существенно изменилась семантика этих слов. Значит, что-то изменилось и меняется в человеке – в его отношении к понятиям, которые исконно считались главными.
Проще всего было бы объяснить это обстоятельство тотальной деградацией человечества, общим снижением эстетического вкуса и нравственных ориентиров, что, в свою очередь, является следствием «восстания масс», как назвал Х.Ортега-и-Гассет художественную революцию, посягнувшую не только на сложившуюся веками иерархию имен и понятий, но и на сам принцип иерархичности. Однако очевидно, что такое объяснение будет недостаточным, поскольку от высоких слов чаще воздерживаются как раз те, кто способен чувствовать ответственность перед словами.
Оба объяснения – хаотичность массового сознания и педантизм интеллектуальной элиты – имеют, если хорошо посмотреть, общее основание. И житейский опыт, и логика здравого смысла обретаются в мире – это проекция мира в область духа и, как следствие, подчинение духа законам мира.
Можно по инерции сколь угодно часто повторять слово «духовность», но реальный смысл его катастрофически иссякает – вместо силы, которая призвана владеть миром, духовность теперь воспринимается как безликая метафизическая абстракция или как слишком расплывчатый нравственный императив.
Это новое, измененное состояние мира было зафиксировано в языке, где наряду с понятием «культура» все чаще употребляется слово «цивилизация». Если не опасаться быть понятым слишком буквально, можно сказать:
культура – это дух, владеющий миром;
цивилизация – это мир, владеющий духом.
Именно духовность, понимаемая в исконном значении, как производное от слова «дух», позволяет культуре быть посредницей между физической и трансфизической формами существования. Культура – это духовно-материальное единство: «материализация духа» и «одухотворение материи». Культура, таким образом, идентична человеку: в ней тоже соединены «дух» и «тело», и она так же открыта обеим реальностям – природной и сверхприродной.
Культура, говоря предельно обобщенно, это результат человеческой деятельности сообразно естественному миропорядку (с одной стороны) и «сверхъестественному» наитию (с другой). Это «8-й день творения» - творчество, предзаданное человеку для исполнения. Русскими религиозными философами найден термин для такого творчества – «теургия» («Богоделание», т.е. делание согласное с замыслом Творца). Только при такой креативной установке человеческая деятельность приобретает смысл, достойный человека. Когда же она ограничена запросами и стимулами физического существования, доминирует не культура, а цивилизация.
Пока цивилизация осуществлялась в пределах культуры, не было необходимости рассматривать их раздельно и, тем более, противопоставлять. Но в начале ХХ века, после работ О.Шпенглера, Н.Бердяева и др., становится все очевиднее, что бытие современного человека раздвоено этими факторами – культурой и цивилизацией.
Культура удовлетворяет духовные потребности человека (всех уровней – от элитных до массовых), цивилизация – обеспечивает ему комфортное существование. Такое положение дел большинству народонаселения кажется вполне естественным, а проблема видится разве что в недостаточности либо культуры, либо благ цивилизации.
Между тем, проблемы есть – если смотреть на них в исторической перспективе. Назовем две.
Первая – повсеместное наступление цивилизации на культуру. Суть даже не в том, что для культуры в жизни человека остается все меньше времени и места, а качество в целом снижается, - сама культура под воздействием цивилизации становится техничнее, стандартнее, прагматичнее, часто в ущерб своим основным, духовным качествам.
Потому-то слова из высокого лексикона («духовность», «гармония» и т.д.) заменяются словами более определенными, без идеально-романтического ореола – «стратегии», «дискурс» и т.д., как будто эта замена что-то меняет по существу. Но она указывает на изменение доминанты – степени участия земных факторов в делах искусства. Современному художнику слышнее не голос бытия, а шум рынка. Написать книгу уже недостаточно – надо еще заставить читателя ее купить. И мысль о читателе вторгается в творческий процесс, резко понижая уровень художественности. Искусство, отравленное цивилизацией, умирает. Конечно, хочется быть оптимистом и повторять, что искусство бессмертно, но не разумнее ли поискать средства для исцеления?
Второй повод для тревоги – искусственность условий человеческого существования, создаваемых как цивилизацией, так и культурой. Ибо все это, как сказал бы Ницше, - «человеское, слишком человеческое».
Живя не на живой земле, а на бетоне, в окружении вещей и веществ, имитирующих солнце, воздух, воду, - человек подвергается сильнейшим испытаниям, как физическим, так и психическим: сможет ли человеческий организм, предназначенный существовать в естественной экосистеме, выдержать режим постоянной интоксикации, а его программа саморегуляции совладает ли с изменениями, которые могут стать, если еще не стали, необратимыми.
Кому-то может показаться, что эти проблемы не такие уж неотложные, - есть поважнее и пострашнее: экологическая катастрофа, международный терроризм, иммунодефицит, да мало ли что еще. Но не нужно быть особо глубоким философом, чтобы увидеть: все это – следствия все того же процесса капитуляции культуры.
Те, кто участвует в этом процессе (а в этом процессе участвуем и мы), могут сказать: «Все это романтические иллюзии, а надо быть реалистами и делать то, что реально нужно людям, - то, за что они готовы платить реальные деньги».
Что ж, если быть реалистами и посмотреть на происходящее в мире без иллюзий, тогда можно увидеть: если культура действительно имеет органическую природу, то ее умирание закономерно и неизбежно. Если Античность – это детство человечества, а Средневековье – отрочество, если Ренессанс – это юность, а Новое время – зрелость, тогда человечеству остается старость и смерть.
Эту неутешительную аналогию можно было бы без труда отбросить, но как отбросить постоянно звучащие летальные формулы: сначала Ф.Ницше объявил: «Бог умер», потом М.Фуко и Р.Барт констатировали «Смерть автора», а до этого Владимир Вейдле и философы франкфуртской школы предрекали смерть искусства. Едва ли это признаки здоровья и процветания.
А что такое постмодернизм с его фрагментарностью, дробностью, хаотичностью, как не эстетика разложения?
Возможно ли реанимировать культуру? На какое-то время, наверное, возможно. Но это означало бы продлить агонию.
Но есть другая перспектива – воскресение. Это означало бы радикальное изменение вектора общечеловеческих устремлений и начало нового культурно-исторического цикла, подобного столь же невероятному повороту, который уже случался в человеческой истории.
Как и во все другие времена, чтобы мир перевернулся, нужна точка опоры. И у нас есть основания думать, что человек уже ищет эту точку, которая могла бы стать альтернативой и цивилизации, которая пытается охватить собой весь мир, и культуре, которая, изменяя себе, принимает черты цивилизации.
Человек, пресыщенный современностью, инстинктивно ищет на земле дикие места, нетронутые цивилизацией и неосвоенные культурой, - чтобы хоть таким способом ощутительно приблизиться к собственным началам, проникнуться чувством первозданности, чтобы яснее увидеть, кто он, откуда и куда идет.

Октябрь, 2004 г., Бухарест


ПРЕДЫДУЩИЕ 10 ЗАМЕТОК АВТОРА
  1. 2014-06-01 ТЕ, ЧТО У ЗЕРКАЛА
  2. 2014-06-01 ТЕ, ЧТО У КРАЯ
  3. 2014-06-01 РУССКИЕ НЕРУССКИЕ
  4. 2014-06-01 ЕВРОПЕЙСКИЕ ЦЕННОСТИ И СЛАВЯНСКИЙ СОЮЗ
  5. 2007-06-22 О ЦЕЛОСТНОМ МИРОВОЗЗРЕНИИ
  6. 2006-10-12 ШКОЛА УКРАИНСКОЙ ДЕМОКРАТИИ: ЭКЗАМЕН ПО РУССКОМУ ЯЗЫКУ
  7. 2006-07-14 СЛАВЯНСКАЯ ИДЕЯ
  8. 2006-02-25 РИТОРИКА И МИФОПОЭТИКА УКРАИНСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ
  9. 2006-02-25 СТАТУС РОДНОГО ЯЗЫКА
КОММЕНТАРИИ
Если Вы добавили коментарий, но он не отобразился, то нажмите F5 (обновить станицу).

2006-03-15 12:53:15
АК
Донецк
В>> …у человечества никогда не было ни детства, ни юности, ни зрелости.

Да, но только в том смысле, в каком нет возраста и у человека.

В>> И второе, насчет человека, который ищет первозданности. Бежать некуда. Куда человек не явится, даже голый, он там воспроизведет человечество, все то, от чего потом снова надо бежать.

Но он же все равно ищет. И на какое-то время, случается, находит.

В>> И Дикое поле - не дикое, а метафорические игры на свежем от металлургии и прочей стироловской химии поле.

А что нам еще остается? Дикое поле, как сказано, понятие не географическое; это что-то вроде онтологической Шамбалы. А «метафорические игры» - одна из возможностей его достижения.

2006-03-13 13:59:52
Владимир
Киев
Саша, у человечества никогда не было ни детства, ни юности, ни зрелости. И второе, насчет человека, который ищет первозданности. Бежать некуда. Куда человек не явится, даже голый, он там воспроизведет человечество, все то, от чего потом снова надо бежать. И Дикое поле - не дикое, а метафорические игры на свежем от металлургии и прочей стироловской химии поле. Хотя стиль твоего мышления мне лично всегда был симпатичен.

Поля, отмеченные * звёздочкой, необходимо заполнить!
Ваше имя*
Страна
Город*
mailto:
HTTP://
Ваш комментарий*

Осталось символов

  При полном или частичном использовании материалов ссылка на Интеллектуально-художественный журнал "Дикое поле. Донецкий проект" обязательна.

Copyright © 2005 - 2006 Дикое поле
Development © 2005 Programilla.com
  Украина Донецк 83096 пр-кт Матросова 25/12
Редакция журнала «Дикое поле»
8(062)385-49-87

Главный редактор Кораблев А.А.
Administration, Moderation Дегтярчук С.В.
Only for Administration